Почему женщине пришлось искать мужчину защитника - становление патриархата через изнасилование - закон об изнасиловании в древнем Вавилоне
Часть 1.
Почему женщине пришлось искать мужчину защитника - становление патриархата через изнасилование - закон об изнасиловании в древнем Вавилоне
Со времен самого простого регулирования общественного порядка, основанного на примитивной системе возмездия, - lex talionis, око за око, - женщина была неравной мужчине по закону. Анатомия вынесла свой вердикт в виде строения гениталий: мужчина оказался хищником от природы, а женщина – его естественной жертвой. Женщине, подвергнувшейся отвратительному акту, невозможно было инициировать отмщение, - изнасилование за изнасилование, - кроме того, последствием жестокой борьбы могла стать смерть или травма, не говоря уже о беременности и рождении зависимого ребенка.
Одна, и только одна возможность оставалась у женщины. Представительницы своего пола, которых она теоретически могла позвать на помощь, едва ли не всегда были меньше и слабее нападавших мужчин. Более того, их физиология не допускала осуществления карательного акта, максимум, они были способны на ограниченные оборонительные действия. Но среди потенциальных хищников, некоторые были в состоянии выступить в качестве ее выбранных защитников. Возможно, именно так была заключена эта сомнительная сделка. Женский страх изнасилования, а не природное стремление к моногамии, материнству или любви, был, возможно, единственной причиной подчинения женщины мужчине, самым важным ключом к ее исторической зависимости, ее одомашниванию защищающим мужчиной.
Как только мужчина получил право на тело конкретной женщины, а для него это было убедительным сексуальным самоутверждением, равно как и доказательством его статуса воина; ему пришлось сражаться с другими потенциальными захватчиками, или держать их в страхе угрозой ответного изнасилования ИХ женщин.
Но цена защиты женщины НЕКОТОРЫМИ МУЖЧИНАМИ от угроз ДРУГИХ МУЖЧИН оказалась слишком высока. Расстроенная и разочарованная женской неспособностью к защите, она значительно отдалилась от других женщин. Проблема разобщенности женщин до сих пор существует в современном обществе. А мужчины, принявшие на себя бремя защиты, позднее были формализованы как мужья, отцы, братья, члены клана. И они получили не просто фунт мяса («фунт мяса» - отсылка к пьеса Шекспира «Венецианский купец», обозначение жестокой мести или наказания, прим. пер.).
Женщина стала их личной собственностью. Исторической ценой защиты женщины мужчиной от мужчин стало навязыванием целомудрия и моногамии. Преступление, совершенное против ее тела, приравнивалось к преступлению против мужского имущества.
Самой ранней формой постоянных протекционных отношений стала форма отношений сейчас известная как брак. Выходит, что она была установлена насильственным похищением и изнасилованием женщины.
Похищение невесты – не формальное культурное наследие, раньше это была настоящая борьба за тело женщины, акт насилия. Взятие силой было прекрасной формой – для мужчины, - получить женщину, и оно существовало в Англии до 15 века. Элеонора Аквитанская (королева Франции и Англии в 12 веке, прим. пер.), согласно своему биографу, прожила юность в страхе быть изнасилованной вассалом, который мог таким образом получить доступ к ее значительным богатствам. Похищение невест существует до сих пор в дождевых лесах на Филиппинах, где этнос Тассадай-манубе, как выяснилось недавно, до сих пор воспроизводит обычаи цивилизации Каменного века. Остатки философии похищения женщин и последующего брака и сейчас присутствуют в социальных нормах сельской Сицилии и в некоторых частях Африки. Пословица Гусии, народа группы банту юго-восточной Кении, у которых запрещены браки между родственниками, гласит «те, на которых мы женимся, это те, с которыми мы боремся».
В высшей степени разумно полагать, что похищение и изнасилование женщины мужчиной привело к установлению рудиментарного маскулистского протектората, и позднее развилось в полноценное господство мужской силы, патриархата. В качестве первого постоянного приобретения мужчины, его настоящей собственности, женщина оказалась краеугольным камнем «дома отца». Насильственное расширение границ мужчины на свою женщину а затем и на их наследника, стало началом концепции владения. Концепции иерархий, рабства и частной собственности развились и основались на изначальном подчинения женщины.
Женское определение изнасилования заключается в одном предложении. Если женщина выбирает не совершать половой акт с конкретным мужчиной, а мужчина выбирает совершить акт против воли женщины – это преступление изнасилования. В этом определении не говорится о вине женщины, и оно никогда не было формулировкой закона. Древние патриархи, собравшиеся вместе для составления первых заветов, использовали насилие над женщинами чтобы выковать свою мужскую власть – разве могли они рассматривать изнасилование как преступление против женщины? Женщины были полностью зависимыми объектами, но никак не свободными личностями. Изнасилование не могло рассматриваться в рамках женского согласия или отказа; не могло и удовлетворяющее мужчин определение основываться на маскулинно-феминном понимании права женщины на неприкосновенность тела. Изнасилование проникло в законодательство через черный ход в том виде, в котором оно существовало – покушение на имущество мужчины другим мужчиной. Женщина, конечно, выступала в роли имущества.
Древнее Вавилонское право и Закон Моисеев (5 первых канонических книг еврейской и христианской Библии, прим. пер.) были занесены на скрижали столетия спустя развития племенной иерархии и превращения постоянных поселений в города. Рабство, частная собственность и подчинение женщин существовали в жизни, и самый ранний записанный закон отражает это стратифицированную жизнь. Этот закон был удовлетворяющим всем требованиям договором среди мужчин-собственников, разработанный чтобы защищать мужские интересы цивилизованным обменом имущества или серебра вместо воздействия силой, где это возможно. Женщин можно было брать силой ВНЕ города или племени в качестве победных трофеев, но, само собой, подобные действия привели бы к хаосу В РАМКАХ общественного порядка.
Денежная выплата отцу семейства была более цивилизованной и менее опасной формой приобретения жены. И, таким образом, цена невесты была установлена – 50 серебряников.
Этим окольным путем первая концепция изнасилования как преступления проползла по извилистой дорожке в мужское определение закона. Преступное изнасилование, по мнению патриархов, было угрозой новому способу ведения дел. Короче говоря, оно было похищением девственности, присвоением суммы рыночной стоимости дочери.
Около 4000 лет назад Кодекс Хаммурапи, выгравированный на семифутовой диоритовой стеле, ясно давал понять, что женщина не обладала независимым положением согласно Вавилонскому праву. Она могла быть либо обрученной девственницей, проживающей в доме отца, либо чьей-нибудь законной женой, проживающей в доме мужа. Согласно Хаммурапи, изнасиловавшего девственницу надлежало поймать и казнить, а сама жертва считалась невиновной. В качестве интересной особенности, отражавшей отношение патриархов к подчиненным женщинам, Хаммурапи указал, что мужчина, «познавший» свою собственную дочь (т.е. совершивший инцест), просто изгонялся за пределы города. ЗАМУЖНЯЯ женщина, которой не посчастливилось быть изнасилованной в Вавилоне, должна была разделить наказание поровну с насильников. Вне зависимости от того, как все случилось, преступление обозначалось как прелюбодеяние, и ОБОИХ СОВЕРШИВШИХ ЕГО, связывали и бросали в реку. Спасение от такого жестокого правосудия тоже показательно. Мужу было разрешено вытащить жену, если на то была его воля; а царь по своему желанию мог отпустить виновного мужчину.
Перевела
специально для