Часть 1.

Изнасилование как неотъемлемая часть войны - самый эксклюзивный мужской клуб в мире - изнасилование на войне у евреев - Троянская война древних греков

Это - мое оружие, это - моя пушка

Это для дела, это для веселья

частушка сержанта-инструктора по строевой подготовке.

Тогда я сказал ему, что, несмотря на мои самые тщательные усилия, бесспорно, будет немало изнасилований, и что я хотел бы получить детали как можно раньше, чтобы преступники могли быть должным образом повешены.

Генерал Джордж Смит Паттон-младший. "Война, какой я ее знал"

Что-то не так в отношении МУЖЧИН к изнасилованию на войне. БЕССПОРНО, будет сколько-нибудь. Вопиющих, но, тем не менее, неизбежных. Когда мужчины есть мужчины, дерущиеся между собой, завоевывающие новую землю, порабощающие новых людей, несущиеся к победе, БЕССПОРНО будет немало изнасилований.

И они были. Изнасилования сопровождали религиозные войны: рыцари и паломники выкроили время для сексуального насилия, двигаясь к Константинополю в Первом крестовом походе. Изнасилования сопровождали войны революции: документы Джорджа Вашингтона от 22 июля 1780 сообщают, что некий Томас Браун из Седьмого полка Пенсильвании был приговорен к смерти за изнасилование в Парамусе, и это было вторая судимость Брауна за подобное деяние. Изнасилование во время военных действий не связано с тем, какие войны "справедливые" или "несправедливые". Изнасилование было оружием террора, когда немецкие гунны (прозвище немцев во время Первой мировой войны, прим. пер.) прошли через Бельгию в Первой мировой войне. Изнасилование было оружием мести, когда русская армия маршировала к Берлину во Второй мировой войне. Изнасилование процветает во время войны независимо от национальности или географического положения. Изнасилование вышло из-под контроля — "к сожалению", - как позже сказал министр иностранных дел, когда пакистанская армия вела бои в Бангладеше. Изнасилование возникло как способ развеять скуку, когда американские солдаты, искали и уничтожали людей в нагорьях Вьетнама.

Сейчас изнасилование по закону считается преступлением согласно международным правилам войны. Изнасилование наказуемо смертью или заключением в соответствии со статьей 120 американского Единого кодекса военной юстиции. Все же изнасилование сохраняется как распространенное военное действие.

Считается, что если рассматривать убийство на войне не только как допустимое, но и героическое поведение, одобренное правительством или причиной, то теряется различие между лишением человека жизни и другими формами непозволительного насилия; и изнасилование становится печальным, но неизбежным побочным результатом необходимой игры, названной войной. Женщины в таких рассуждениях являются просто прискорбными жертвами случайных, но неизбежных потерь — как гражданские жертвы бомбардировок, уничтоженные вместе с детьми, домами, личными вещами, церквями, плотинами, буйволами или урожаем на будущий год.

Но изнасилование в войне качественно отличается от бомбы, ударяющей не по военной цели, отличается от безличного грабежа и пожаров, отличается от засады, массового убийства или пытки во время допроса, хотя содержит элементы всего вышеупомянутого. Изнасилование - больше, чем признак войны или доказательства ее избытка насилия. Изнасилование на войне - знакомый акт со знакомым оправданием.

Война предоставляет мужчинам прекрасную психологическую обстановку, чтобы дать выход их презрению к женщинам. Абсолютная маскулинность вооруженных сил — грубая власть оружия исключительно в их руках, - духовное единение вооруженных мужчин, мужественная дисциплина отдаваемых приказов и приказов для исполнения, простая логика иерархической команды, — подтверждает для мужчин то, что они подозревали задолго до этого. Что женщины второстепенны, не важны миру, который что-то значит. Они просто пассивные наблюдатели действия в центре ринга.

Мужчины, которые насилуют на войне, являются заурядными рядовыми, ставшими незаурядными присоединившись к самому эксклюзивному мужскому клубу в мире. Победа в битвах приносит членам клуба власть, о которой в гражданской жизни они и не мечтали. Власть только для одних мужчин. Нереальная ситуация существования мира без женщин становится реальностью. Уничтожение жизни занимает более важное место, чем ее созидание, и оружие в руке - это власть.

Омерзительность войны питается от себя же. Определенное число солдат должно доказать свое недавно выигранное превосходство — доказать его женщине, себе, другим мужчинам. Во имя победы и власти оружия война молчаливо одобряет изнасилование. Само это действие, равно как и его оправдание, показывает мужскую душу в своей самой постыдной форме без прикрытия "галантностью" или цивилизованностью.

Среди древних первобытных племен борьба для защиты женщин была на одном уровне с борьбой для защиты еды, деятельностью, которая в определенных частях мира все еще сохранилась. Практичные евреи, стремившиеся записать законы для всех непредвиденных обстоятельств, не церемонились со статусом женщин, захваченных на войне. Женщины-пленницы могли быть рабынями и наложницами согласно Второзаконию, но еврейским мужчинам было запрещено жениться на них. Если бы еврейский мужчина все же женился на пленной, то, в отличие от брака с еврейкой, развод мог бы состояться без причины или сложной процедуры.

Среди древних греков изнасилование было также социально приемлемым поведением в рамках правил войны, акта без стигмы для воинов, которые рассматривали захваченных женщин как законную добычу, используемую в качестве жены, любовницы, рабского труда или боевого трофей.

"Илиада" Гомера описывает троянскую войну как попытку Менелая из Спарты вернуть украденную троянским царем Парисом Елену вместе с ее сокровищами. Та, из-за которой спустили тысячу судов на воду, была главным призом.

Так как Елена была царицей, во время ее пребывания в Трое она жила как жена Париса. Менее значимые женщины во время войны стоили дешевле. Троянка Хрисеида был захвачена спартанцами и отдана Агамемнону как наложница военного лагеря, и ее отец вынужден был привлечь на свою сторону бога Аполлона, чтобы вернуть ее обратно. Агамемнон злобно ищет компенсацию за утрату Хрисеиды, присваивая себе Брисеиду, рабыню-наложницу, которую выиграл его воин Ахиллес. Ахиллес на это надулся в своей палатке и отказался сражаться, из-за чего мотивация спартанцев упала. Агамемнон был вынужден придти к щекотливому соглашению ради примирения. Он церемонно возвратил Брисеиду Ахиллесу вместе со следующей тщательно перечисленной награбленной добычей из своей сокровищницы: семь треног, двадцать котлов, двенадцать лошадей, десять талантов золота и семь мастериц.